Александр Батанов

Генеральный директор телеканала "Спас", ведущий программы «Русский Час. Итоги», вдохновитель проекта.

Опрос
Как часто Вы смотрите наш телеканал?
Каждый день
Раз в неделю
Иногда
Всегда в свободное время
Не смотрю вообще

Февраль 2018

Rambler's Top100


Rambler's Top100 ВЕХИ

Вехи. Пилотный выпуск

1. Третий срок Путина

В истории с третьим президентским сроком поставлена точка. Сценарий драматического развития событий в 2008 постепенно все более уточняется. Политологи, внимательно следящие за развитием грядущей выборной интриги, помимо третьего срока предполагали превращение президентской республики в парламентскую – с Путиным как сильным премьером при слабом и номинальном президенте – кто например знает имя Президента Израиля? А премьер-министра знают все! Не исключали объединения России с Белоруссией или даже Казахстаном. Но время для этих полит-технологических вывертов стремительно утекает, и учитывая медлительность российских законодательных институтов, наверное пришло время отказаться от экстравагантных гипотез на этот счет.

Все очевиднее становится самое простое, но одновременно самое сложное решение. Преемник. Личность этого «мистера Х» постепенно становится главным политическим сюжетом российской действительности. И хотя лето не самое подходящее время для больших политических решений, тот, кто знаком с кремлевской кухней, понимает, что именно летом  вызревают самые серьезные и принципиальные решения. А вбрасываются в политическую жизнь и общественное мнение с осени – с началом очередного сезона, который обещает быть жарким уже в 2005 с нарастанием напряжений по мере приближения к заветному 2008.

Это отныне главная политическая игра – угадай преемника, отдели ложного от настоящего, вычисли вероятность той или иной фигуры. Слово «преемник» вполне можно сделать постоянной рубрикой для федеральной прессы наряду с погодой, спортом или экономикой.
Что у нас сегодня по «преемнику»?

2. «Вешняков и Медведев цветных революций не допустят»

Сложно представить себе, что Шеварнадзе, Кучма или Акаев, а также их администрации были готовы передать власть своим политическим оппонентам. И сделали это добровольно им с легким сердцем. Им тоже казалось, что все под контролем и что административного и силового ресурса вполне достаточно для удержания ситуации под контролем. Но есть факторы, которые всякий раз оказываются более весомыми и в конечном итоге решают дело.

Опыт цветных революций на постсоветском пространстве показывает, что в них главными силами оказываются те части общества, которых власть обычно не учитывает и с которыми не считается, довольствуясь контролем над выборным процессом, партиями и основными СМИ. Формальный контроль и политтехнологическая эффективность с какой-то фатальностью оставляют вне рассмотрения саму общественную реальность – живых людей, с их недовольством, с их достоинством, с их идеями, с их материальными трудностями, с их национальными чувствами, с их психологией и амбициями…. Цветные революции удались именно потому, что оппозиционные силы сумели пробудить этот спящий потенциал, который игнорирует или обходит молчанием большая политика. Общественные организации, движения, молодежь, группы с ярким национальным самосознанием, обделенные, униженные, оставленные за бортом в постсоветских странах они представляют собой очень значительный процент населения. И если принять во внимание, что за Россию в 2008 году возьмутся очень серьезные внешние силы, - а нерешенных проблем в стране больше чем решенных, чувство обиды же явно превосходит чувство удовлетворения – то это может стать для власти самой настоящей опасностью, вызовом.
В России все принято воспринимать в формате «запретов» и «подавлений». Борьба идет со следствиями вместо уврачевания причин. В этом корень всех наших исторических поражений последнего времени.

Важно не допустить цветных революций. Этого требует сохранения самой России. Но для этого власти лучше не искать врагов, а посмотреть, что не так в ней самой. А «не так» в ней почти все.

3. Зачем олигархи продают прессу?

Налицо кризис печатного слова, а также резкое падение интеллектуального уровня в России. Бумажные СМИ чрезвычайно трудоемки в изготовлении и распространении. Широкие массы читают очень ограниченные издания и то, больше по инерции, а не из-за смысла того, что в них напечатано. Люди, активно следящие за социально-политическими событиями, экономическими новостями почти полностью перешли на Интернет или специализированные издания. Большинство же страны живет электронными СМИ.

Продавая СМИ олигархи, скорее всего, просто избавляются от балласта. Но это не значит, что они опускают руки. В Интернете, напротив, число оппозиционных изданий довольно активно растет, да и в области развития телевидения – особенно кабельного и регионального процессы идут довольно бурно.

Время открытых действий олигархов, эпоха дерзких межолигархических войн или больших интриг проходит. Ситуация заставляет их действовать более осмотрительно и подчас тонко. Чтобы транслировать «оранжевую» идею газете или телеканалу совсем не обязательно принадлежать какому-то оппозиционеру, полит-заключенному или изгнаннику. Пример «Эхо Москвы», чьи активы принадлежат Газпрому, но чей пафос бьет по степени ненависти к власти все рекорды.

Формальная смена владельца в сегодняшней ситуации далеко не самое главное. Важнее состояние умов, психологический настрой журналистов, уровень их патриотического самосознания. Конечно, этот уровень всегда разный, но 90-е годы сделали свое дело. Пресса, увы, остается, опорой «западников» и «космополитов», как и в эпоху младореформаторов. Кому бы ни принадлежало издание…

4. Визит Ху Цзин Тао

В Москву с официальным визитом прибыл Генеральный Секретарь Компартии Китая Ху Дзин тао. В этот же день в подмосковной резиденции Ново-Огарево состоялась его встреча с Владимиром Путиным. В центре визита подписания важного документа – «Совместной декларации о международном порядке в ХХI веке». Самым главным моментом этой декларации является заявление о приоритете многополярного мира над однополярным. И за этим скрывается очень серьезный геополитический смысл.

Сегодня между собой все острее сталкиваются два образа будущего: американское видение мировой империи, с главной ведущей державой США, и  концепции тех народов и стран, которые отвергают однополюсную архитектуру в пользу многополюсной.

США в соответствии со своей логикой выстраивают страны по ранжиру – те, кто признает их верховенство и готовы за ними следовать во всем, получают одобрительное название «демократических» и «свободных», причисляются к друзьям и союзникам. Те, кто оспаривают такое положение дел и настаивают на собственном пути и сохранении своей самобытности, заносятся в черный список, а то причисляются к «оси зла». До самого последнего времени Россия и Китай балансировали на довольно тонкой грани. Не желая ссориться с Америкой, от которой и Москва и Пекин  сегодня слишком зависят, они все же прекрасно понимали, что в однополярном мире у таких великих держав с региональными амбициями нет достойного места, и им уготована незавидная участь – ослабление, а то и расчленение. До какого-то момента мы пытались выкрутиться из сложного положения в одиночку, но строительство американцами «нового мирового порядка» на Ближнем Востоке, на Кавказе, в Восточной Европе и в Средней Азии явно подталкивает две крупнейшие евразийские державы к более решительным действиям.
Это напрямую касается  стратегического партнерства. Данный визит руководителя КПК в Москву неординарный. Это шаг к началу серьезного геополитического партнерства. Совершенно очевидно, как воспримут подписанное соглашение за океаном. И если Пут ин и Ху Дзин тао все же идут на это, значит, обе страны оценивают сложившуюся ситуацию как критическую.

Ясно, что к этому Китай и Россию подтолкнули события последнего года, когда процесс «цветных революций» на постсоветском пространстве вошел в полную силу. Американский след в событиях в Грузии, на Украине, в Киргизии и Узбекистане недвусмысленно показывал: США всерьез занялись переформатированием постсоветского пространства в своих стратегических интересах. И сделано это было против России и Китая, чьи позиции становились все более уязвимыми.

Москва предельно болезненно восприняла оранжевую пощечину в Киеве, а Пекин почувствовал серьезную угрозу из-за событий в Бишкеке и Андижане. Активизация американцев и проамериканских сил в этом регионе напрямую влияет на уйгурский Синьцзянь и зону Тибета. Резкая и жесткая политика США в Евразии сама подталкивает российскую и китайскую власть к заключению геополитического союза. В этом и состоит смысл визита Ху Дзин ТАо в Москву.

Основные вопросы геополитики естественно обрамляются  побочными проектами – сотрудничеством в сфере нефтепоставок, кооперация технологическом рывке, совместные гуманитарные проекты. 2006 решено сделать годом России в Китае, а 2007 Китая в России. Все эти вопросы могли бы остаться частными вопросами бизнеса или миролюбивыми дипломатическими формальностями, если бы не серьезное сближение по самому главному вопросу стратегической самоидентификации и нарастающему напряжению в отношениях с США. Поэтому общие нефтепроекты и мероприятия празднования года России и Китая в соответствующих странах обретают совершенно иное значение.

Перспектива такого союза сталкивается с серьезной проблемой: фактором китайской демографической экспансии в Сибири и на Дальнем Востоке. Эта та проблема, которую постоянно подчеркивают американские стратеги, прекрасно осознающие опасность для них российско-китайского партнерства и болезненность демографической темы для России. Явно, что процесс миграции китайского населения не спонтанный. Пекин не может не понимать, что в двадцать первом веке экономический рывок и конкуренцию с США он выдержит только с опорой на ресурсы Сибири. Слабость России и ее неопределенность в отношении Америки и однополярного мира провоцирует Китай использовать демографическую карту в свою пользу. Другое дело, если Россия четко заявит о своих геополитических приоритетах, без колебаний поддержит многополярность и выработает мобилизационный национальный  проект для Сибири и Дальнего Востока, не оставляющий места для двусмысленных демографических стратегий. В таком случае Китай может рассчитывать на сибирские ресурсы в формате четко зафиксированного геополитического альянса – с наличием общего противника или мягче скажем конкурента в лице США, с ясными целями в отношении других региональных игроков, с общей решимостью не допустить сепаратистских тенденций в обеих странах.

Пекин должен понять, что инфильтрация китайского населения на российские земли, не только не единственный, но и не самый лучший способ доступа к сибирским ресурсам. Сильная Россия, строго ставшая на позиции многополярного мира и решительно отстаивающая свою национальную целостность вполне могла бы стать надежным партнером для Китая. А избыток своего населения Китай вполне мог бы обратить в сторону Юга.

5. Эстония

В ответ на новые претензии эстонского парламента к российским территориям, Россия заявила об отзыве своей подписи под соглашением о границе с Эстонией. Территориальные споры между Россией и Эстонией являются очень существенным элементом в стратегии натовского блока. Для США принципиально важно иметь возможность при необходимости активировать российские проблемы на ее западных рубежах, оказывать определенное силовое давление на Россию. НАТО ни западная часть России, ни наши псковские земли абсолютно не нужны. Другое дело – всегда обладать аргументами для постоянной дестабилизации ситуации в этом направлении.  

Эстония интегрирована в НАТО, поэтому, в случае возникновения территориальных претензий или нерешенных вопросов между Москвой и Таллинном, на резкие шаги России будет отвечать не Эстония, а вся мощь Северо-Атлантического союза. Иными словами за территориальными вопросами между Эстонией и Россией стоят не фантастические грезы эстонских националистов, это лишь внешняя форма, а вполне трезвый и холодный расчет американских стратегов, которые используют данную неопределенность в территориальных вопросах между Эстонией и Россией как предлог большой геополитической игры.

Напомню, что для США жизненно важно создать в Балтийско-Черноморском пространстве некую буферную зону, так называемый санитарный кордон, отделяющий российское стратегическое пространство от европейского. Эта зона по определению должна быть местом постоянных конфликтов между ее государствами и самой Россией. Это традиционная англо-саксонская тактика недопущения между Россией и Центральной Европой – а сегодня это Европейский Союз – стратегического, экономического и военно-политического партнерства.

Для этих целей и существуют такие образования, как Прибалтийские государства, как современная оранжевая Украина, как антироссийская, прозападная Молдова. А эстонская ситуация – это триггер во всей конструкции санитарного кордона. Так же как с Тузлой на Украине, наличие территориальных претензий, нерешенных вопросов между странами санитарного кордона и Россией или Евразийским блоком создает тот самый благоприятный для атлантистской политики фон напряженности, взаимного недоверия и враждебности. Это позволяет оптимально выполнять стратегические задачи НАТО по блокированию России, наращиванию на ее западных рубежах военного присутствия под благовидным предлогом защиты стран этого санитарного кордона от посягательства России.

Даже если Эстония не права, и даже если не в ее собственных интересах продолжать эскалацию пограничных вопросов и тематику границ, на это ее будут подталкивать и поддерживать атлантические стратеги. Такая льстящая эстонскому национализму, но одновременно абсурдная, нелепая вещь –  рациональная стратегия американской геополитики, которая действует последовательно, подчас даже тупо, но, к огромному сожалению, очень эффективно.

Что касается позиции самого Евросоюза, то он парализован тем, что в нем наличествуют два вектора: атлантистский (натовский, проамериканский) и континенталистский (франко-германский). Антистский   рассматривает Европу в качестве бастиона США, в следовании в фарватере исключительно американских стратегических конструкций и концепций применительно к континенту и его устройству. А вектор континентализма – это, в первую очередь, Франция, Германия и Испания – заинтересован в прямо противоположном развитии отношений, в экономическом партнерстве и даже стратегической интеграции с Россией. В современном Евросоюзе эти две тенденции приобретают антагонистический характер. Это как плюс и минус. В конечном итоге, на уровне брюссельской демократии они друг друга просто нейтрализуют, приводя ситуацию в нулевое состояние. Отсюда пассивность, непоследовательность и полное молчание Европы в отношении, например, этого санитарного кордона.    

Что же касается филофашистских тенденций в Эстонии, то только наивные люди могут удивляться подъему этих настроений. По сути дела эти тенденции поддерживаются атлантизмом исключительно с провокационной целью позлить Россию, создать зону напряженности. Обратите внимание, как Сорос – враг всех форм национализма, вполне поддерживает грузинский национализм, сербский, антимилошевичский национализм, украинский, антирусский национализм. Скоро дойдет до того, что на деньги Сороса будут бесноваться «русские националисты» или НБПэшники, что, впрочем, уже происходит. Поэтому эстонские ряженые «нацисты», на самом деле, выполняют очень конкретную, важную для Америки стратегическую функцию. Их никто не даст в обиду. Если на каких-то, даже в тысячу раз менее радикальных демонстрациях, за  мнимое сходство с фашизмом страдают гораздо более нейтральные и взвешенные организации, то здесь позволено все. Это двойной стандарт, двойная логика – самые обычные для американской геополитики вещи. Только наивные люди могут заблуждаться относительно истинных методов и целей США.

6. Доклад ОЭСР: «Россия – строительство правил для рынка»

Российская пресса и телевидение на этой неделе активно обсуждали доклад Организации Экономического Сотрудничества и Развития «Россия – строительство правил для рынка». «Независимая газета» пишет, что правительство заплатило ОЭСР за этот доклад 250 тыс. долларов, но при этом вместо желаемого результата получило черный PR, поскольку ОЭСР очень жестко раскритиковала то, что происходит в России. Подчеркивается и коррупция, и неэффективность госаппарата.

Вывод из доклада можно сделать такой: «Россия в экономическом смысле представляет собой слабое государство с сильными чиновниками». Слабость государства проявляется в отсутствии полноценной национальной экономики вообще, в отсутствии модернизации, мощных осевых масштабных проектов. По мнению экспертов авторитетного экономического портала Опек.ru в этом ключевую роль играет фактор нефти. Экономика России строится целиком и полностью вокруг экспорта углеводородного сырья – нефти и газа.

Но как показывает мировой опыт: логика становления сырьевых экономик исключает саму возможность экономической модернизации. Сверхприбыль, которая получается от экспорта природных ресурсов, может тратиться по-разному. Но как кажется экономическим элитам в этих экспортных обществах самое глупое, – это вкладывать средства в менее прибыльные и трудные сектора, то есть, в реальный сектор, в производство, в наукоемкие технологии, хотя бы потому что это заведомо менее прибыльны, нежели экспорт природных ресурсов. Поэтому доклад ОЭСР не сенсация и не навет на Россию. Это объективный диагноз современной российской экономической ситуации. И отмечаемые в докладе  коррупция, и слабое государство, и «сильное» чиновничество, и перекосы  в развитии рынка - все это производные от отсутствия экономики как таковой, от отсутствия полноценной экономической политики в России.

В России существует только нефть и ее прямые производные - нефтеденьги или газоденьги, которые и составляют основу бюджета, основу социальных процессов, основу политических процессов. Интересно посмотреть, как дело обстоит в других странах-экспортерах сырья. И там нигде нет полноценной модернизации экономики, но как правило сверхприбыль от продажи ресурсов инвестируется в какой-то идеологический проект.

Например, в Саудовской Аравии такой надстройкой выступают исламисты-ваххабиты, которые принуждают общество придерживать жестких религиозных ценностей. Сверхприбыли от саудовской частично реинвестируются в исламистскую идентичность, в исламское общество, в мусульманскую экспансию, в проекты «мирового халифата». В Иране существует шиитская версия исламской идеократии. В Ираке при Хусейне был исламский социализм, баасизм, тоже идеологизация. В Венесуэле Уго Чавес бросает нефтедоллары на социальную политику, становясь «другом бедняков».

Во всех случаях речь идет об идеологической надстройке с сильнейшим религиозным, национальным и социальным (т.е. нелиберальным) компонентом, который сдерживает, ограничивает и отчасти компенсирует экономический паразитизм и вырождение политических элит.

В России же этому препятствует либеральный догматизм экономического сектора Правительства. Получается, что мы разделяем все недостатки стран-экспортеров сырья, но лишены тех компенсаторных механизмов, которые у них наличествуют.

7. США: нация вихляет

«США начинает проигрывать» с таким заголовком вышел последний номер влиятельной английской газеты «Спиктейтор». В статье Майкла Вулфа отмечается смена настроений в американской элите касательно ситуации в Ираке. После публикации в последнем номере «Нью Йорк Таймс» полного списка погибших американских солдат под патетическим заглавием «Имена мертвых», вспыхнула ожесточенная полемика относительно сходства и различия с вьетнамской войной.

Окончательная цифра потерь составляет 1730 человек, что дает 1% от общей численности американских войск, задействованных в операции. ПО сравнению с Вьетнамом это хороший показатель, там американские потери составляли 10% от общего состава.  Но большого оптимизма эти подсчеты не вызвали, поскольку как никак потери растут, а конца военным действия не видно.

Все чаще раздаются голоса с критикой уверенных победоносных реляций  Белого Дома и Министерства Обороны. Сопротивление иракских повстанцев и не думает стихать, и появляются первые признаки того, что Вашингтон морально готовиться к началу переговоров с вождями суннитского сопротивления (что было немыслимо еще несколько недель назад).

Так вчера генерал Джон Кэйси командующий войсками союзников в Ираке, заявил ,  что переговоры с суннитскими лидерами уже начались. Когда на последующей за этим заявлениям пресс-конференции секретаря безопасности Дональда Рамсфильда попросили уточнить, идет ли речь о лидерах вооруженного сопротивления и «Аль-Каеды» тот нехотя ответил, «так далеко мы еще не зашли». Но из формы ответа ясно, что «скоро зайдем».

Фактор времени дает о себе знать все более остро и уточнение Рамсфильда относительно того – цитирую - , что восстания в Ираке будут «вспыхивать в течение пяти, шести, восьми, десяти, а то и двенадцати лет», окончательно повергли американскую публику в уныние. Ведь тот же Рамсфильд полгода назад клятвенно обещал покончить с этим к весне, самое позднее к лету.

«Спиктейтор» заключает: «У Буша начинают проступать нервные нотки. Второй срок дает о себе знать. Аргументов ему и раньше не хватало, но их недостаток он покрывал решительностью и воинственным духом. Сегодня он начинает оправдываться: «Если не мы их, то они нас…» Это значит: перенимать логику врага, становиться на одну доску с ним. Вроде бы во время последнего выступления Буша мы заметили у него слезы. Или показалось?», завершает английская газета

8. Империя

Сегодня все чаще говорят об империи. В первую очередь американцы. Но не только они. Евросоюз тоже некоторыми поборниками интеграции видится как восстановление единства Западной Римской Империи. Самое время вспомнить, что империя империи рознь.

Россия - наследница сразу нескольких империй. Как православная страна Русь вначале была частью византийского мира, а после падение Константинополя сама стала оплотом мирового православия.
Вместе с тем освободившись от орды Москва взяла на себя и ту миссию, объединения восточных земель, которую выполняли монголы Чингизхана, а до них тюркюты, а еще раньше – гунны и скифы. В фундаменте русской цивилизации перекрещиваются традиции империй Запады и Востока, римско-элинской Европы и татаро-монгольской кочевой Азии.

Если об империи сегодня вспоминают американцы и европейцы, и уже без стеснения говорят об этом, то самое время пересмотреть отношение к этому понятию и нам. Да Россия была империей. Империй среди других империй. И нечего этого стыдиться.

Очень показательно, что знаменитый якутский режиссер Андрей Борисов именно сегодня обратился к теме империи. Он снимает сейчас фильм о Чингизхане под рабочим названием «Замысел Империи». Кастинг актеров и подбор костюмов состоялся на фестивале, который недавно  состоялся на Ольхоне, на берегах Байкала, вокруг священной для монголов, бурятов и тюрок горы Ерд.

Империя охраняет, империя оберегает, империя помогает… Ценные слова, особенно в устах якута, министра культуры Республики Саха, где столь остро сегодня ощущается подъем национальной идеи.

Империя – это нечто священное, что рождается из великой воли, «длинной воли». И строится не одним народом, а множеством самых лучших, отважных людей, объединенных общим порывом. Есть в империи что-то, от чего захватывает дух. Даже если умом мы понимаем, сколько велики издержки и какой тяжелой бывает плата, если удержать ее не удается.
Империя никак не хочет исчезать в прошлом. Как Рим называли «вечным городом», в Империи есть что-то от вечности. Меняются формы и названия, идеологии и политические режимы, но дух империи продолжает звать к себе все новые и новые поколения. Для нашего народа империя была важнейшей вехой на трудном и прекрасном историческом пути.
И может быть, мы вернемся на эти пути снова.

До встречи через неделю в нашей программе «Вехи».

Комментарии


Дмитрий Тараторин: Наци-либерализм: На оранжевом сайте Назлобу.Ру показательно высказался один из птенцов гнезда Белковского г-н Ольшанский. Текст его посвящен конфликту, расколовшему с недавних пор патриотическую общественность на «националистов» и «имперцев».
Дмитрий Тараторин: Драку заказывали?: Название небольшого карельского городка Кондопога всю неделю не сходило с информационных лент. Непривычное слово и так, и эдак коверкали маститые политологи. А иные представители власти упорно пытались доказать, что ничего страшного не случилось.
Дмитрий Тараторин: Призрак "оранжизма": 3 августа газета «Коммерсант» опубликовала программный текст одного из ведущих оранжевых идеологов Станислава Белковского. Он озаглавлен: «Оппозиция "сырьевой провинции"».

Наши эксперты


Отец Дмитрий Смирнов
Дмитрий Тараторин
Александр Дугин